www.coment.md

Скандал, связанный с избранием Владимира Цуркана на должность председателя Конституционного суда, выявил дифференцированный подход и абсолютно неправильную оптику правых сил, в особенности представителей Партии «Действие и солидарность» (ПДС). Таким образом, всплыл на поверхность тот факт, что для этой партии «деполитизация» означает не допускать представителей Партии социалистов на важные государственные должности.

Представителей ПДС совсем не беспокоил тот факт, что, имея только 14 депутатских мандатов, они получили контроль примерно над 85% правительства (и это стало возможным только благодаря беспрецедентным уступкам со стороны ПСРМ). ПДС совсем не беспокоило то, что она является  всецелым  бенефициаром отставок, произошедших по правительственной линии. Членов ПДС не обеспокоила «политизация» Центральной избирательной комиссии, когда это учреждение возглавил представитель именно этой партии. Формирование не встревожилось продвижением по политическим критериям судей Конституционного суда (в состав высокой инстанции вошли и политические представители ПДС), также его не обеспокоило  вопиющее нарушение правил, на основании которых проводятся публичные конкурсы. И много всего другого не побеспокоило ПДС, однако же представителей партии встревожило то, что Национальный центр по борьбе с коррупцией возглавил бывший советник президента Игоря Додона, а также то, что руководить Конституционным судом будет депутат-социалист Владимир Цуркан.

Все это приводит нас к мысли, что «политизация» государственных учреждений приемлема для представителей ПДС, пока речь идет об их интересах, а вот если это не прямой их интерес, то это неприемлемо. А экспоненты ПДС никогда не задавались вопросом: в чем интерес ПСРМ? Обладая 35 мандатами (больше, чем у ПДС и ППДП вместе взятых), ПСРМ приступила к созданию правящей коалиции и взяла на себя ответственность за управление страной. Политический «брак» с ПДС и ППДП может стоить социалистам важных избирательных пунктов, но если уж они пришли к власти, у них должны быть и рычаги, чтобы можно было доказать, на что они способны, когда речь идет об управлении общественными делами. ПДС не приняла  социалистов  в правительство (за исключением Министерства обороны и Бюро по реинтеграции им не досталось ничего). ПДС не подпускает представителей ПСРМ руководить учреждениями, находящимися в подчинении исполнительного органа. ПДС не позволяет даже шаг сделать представителям ПСРМ в правительстве без согласия премьер-министра. ПДС грозит пальцем ПСРМ и президенту страны по поводу каждого заявления или действия, если это ее не устраивает. Более того, ПДС пренебрегает договоренностями, достигнутыми в момент утверждения правительства, предпринимая действия и делая заявления в таких чувствительных областях, как, например, внешняя политика.

Поэтому логично задаться вопросом: что на самом деле хочет ПДС? Чтобы ПСРМ находилась в услужении Майи Санду и поддакивала ей? Чтобы ПСРМ превратилась в филиал ПДС? Чтобы ПСРМ безоговорочно оказывала поддержку правительству и покорно соглашалась быть мишенью постоянной критики со стороны ПДС? Чтобы ПСРМ действовала строго только в пределах, которые устанавливают представители ПДС? Перечень вопросов можно продолжить, но лучше было бы, чтобы члены ПДС попытались найти ответы хотя бы на вышеупомянутые. Может быть они тогда осознают, что происходящее никак не вписывается в правила создания и функционирования правящей коалиции.

Или, может быть, ПСРМ должна задаться определенными вопросами и, найдя на них ответы, действовать соответственно? Потому что, если она этого не сделает…