Понятие «правовое государство» является одним из наиболее употребляемых в Республике Молдова. О правовом государстве говорят практически каждый вечер на телевидении; по этой теме свое мнение публично высказывают различные аналитики, лидеры мнений, журналисты, политики, представители ассоциативного сектора и т.д. Одни используют понятие «правовое государство» для аргументации своей позиции, другие – для получения политических или имиджевых дивидендов, третьи – для того, чтобы поставить своих оппонентов в неудобные ситуации и т.д. Однако немногие из тех, кто использует это понятие, знают, что оно на самом деле означает. В то же время это имеет первостепенное значение, особенно в условиях, в которых Республика Молдова находится в процессе вступления в Европейский Союз. Наступит день (и этот момент не так уж и далек), когда нам придется обсуждать правовое государство в самых конкретных терминах, потому что от этого будет зависеть наше будущее.

С самого начала всем должно быть ясно, что мы можем установить любой срок для достижения цели европейской интеграции, но двери ЕС не откроются, пока мы не сдадим экзамен на «правовое государство». Статья 2 Договора о Европейском Союзе четко гласит, что ЕС основан на ценностях уважения человеческого достоинства, свободы, демократии, равенства, правового государства, а также уважения прав человека, включая права личности. принадлежность к меньшинствам. Правовое государство является одним из столпов, на которых построен сам Европейский Союз, и мы должны понимать, что в этой области нет места компромиссу, как и нет никаких региональных или международных обстоятельств, которые заставили бы ЕС делать исключения для кого-то. Итак, уже на этом этапе мы должны серьезно задуматься над тем, что означает «правовое государство», и дать оценку конкретной ситуации, которую мы имеем в Республике Молдова, по каждому соответствующему измерению/компоненту в контексте этого понятия.

О каких компонентах идет речь? Во-первых, понятие «правовое государство» подразумевает прозрачный, подотчетный, демократический и плюралистический законодательный процесс. Во-вторых, правовое государство предполагает эффективную судебную защиту, включая доступ к правосудию, представленному независимыми и беспристрастными судами. В-третьих, правовое государство означает разделение властей. В-четвертых, правовое государство означает уважение основных политических и гражданских прав, а также гражданских свобод. И в-пятых, правовое государство предполагает недопущение произвольного использования власти правительствами. Здесь нам следует провести серьезные дискуссии и оценки по этим пяти компонентам, если мы действительно заботимся о правовом государстве. Мне бы хотелось услышать такие оценки, а не использование термина «правовое государство  со смыслом или без него и только как общее название.

Республика Молдова должна стать настоящим правовым государством, и это следует рассматривать не только в связи с процессом европейской интеграции. Выше я упомянул европейскую интеграцию как дополнительный стимул, который мы должны иметь, когда говорим о необходимости полной реализации концепции правового государства. Но независимо от того, будет европейская интеграция или нет, нам нужно построить правовое государство. Потому что в функциональных демократиях правовое государство означает и эффективную борьбу с коррупцией, и реальную свободу средств массовой информации, и гражданские права, защищаемые на самом высоком уровне, и т. д. Другими словами, правовое государство означает практически все, что нам нужно, чтобы по-настоящему быть современной и развитой страной.

Поэтому мой призыв таков: давайте рассмотрим правовое государство во всю глубину и комплексности этого понятия, анализируя каждую составляющую, чтобы как можно яснее установить, где мы находимся, чего нам нужно достичь и что конкретно нужно сделать для этого. Время формальных подходов к понятию «правовое государство» прошло – пришло время конкретных действий.

Валериу Плешка, политический лидер, доктор политических наук, депутат Парламента Республики Молдова с 1998 по 2004 год, министр обороны с 2004 по 2007 год